Министр транспорта Испании Оскар Пуэнте подал в отставку спустя всего шесть дней после крушения высокоскоростного поезда, унесшего жизни по меньшей мере 69 человек. Еще десятки пассажиров получили ранения разной степени тяжести.
О своем решении Пуэнте объявил в Конгрессе во вторник вечером, после затяжного заседания. На нем он представил новые меры безопасности на железнодорожном транспорте и ответил на жесткие вопросы оппозиции. Трагедия произошла в прошлую среду возле города Урда, к югу от Мадрида, когда один поезд на полной скорости врезался в хвостовую часть другого, стоявшего на путях.
«Министр транспорта в такой стране, как Испания, не может оставаться у власти после двух столь серьезных аварий менее чем за год», — заявил он, напоминая о январской катастрофе на той же линии, унесшей 46 жизней. Пуэнте добавил, что не только покидает министерский пост, но и снимает свою кандидатуру с предстоящих досрочных выборов.
Авария под Урдой стала одной из крупнейших железнодорожных катастроф в современной истории Европы и самой тяжелой в Испании с 2013 года.
Давление со стороны оппозиции и политический кризис
Позиция министра оказалась под ударом сразу после крушения, случившегося 28 октября. Консервативная Народная партия и ультраправая Vox потребовали его отставки, к ним присоединились и некоторые правительственные союзники. Оппоненты обвиняли Пуэнте в попытке переложить вину на человеческий фактор и уйти от ответственности за состояние инфраструктуры. Доверие к высокоскоростной железнодорожной сети оказалось подорванным — факт, который был вынужден признать даже премьер-министр Педро Санчес.
Ситуация осложнялась календарем: досрочные всеобщие выборы назначены на 29 ноября. Аналитики называют случившееся сильнейшим ударом по позициям социалистического правительства, существенно снижающим шансы Санчеса на переизбрание.
Перед властями встала сложная дилемма. Отказ министра уйти в отставку выглядел бы проявлением цинизма, а уход — косвенным признанием вины кабинета министров. В итоге Пуэнте выбрал второй путь, подчеркнув, что его решение продиктовано исключительно политическим достоинством.