Стив Розенберг, много лет освещающий события в России, посетил десятки парадов в Москве. Однако в этом году торжество ощущалось совершенно иначе.
Пустые трибуны и тишина в пресс-зоне
В прошлые годы журналистам приходилось буквально бежать от медиа-автобусов у собора Василия Блаженного, чтобы успеть занять выгодную позицию в пресс-зоне. В этот раз спешка не потребовалась: представителей прессы было в разы меньше. Многие международные СМИ и вовсе не получили аккредитацию.
Заметно поредели и трибуны. Сократилось число почетных гостей, а список прибывших мировых лидеров оказался предельно коротким. Однако главные метаморфозы стали очевидны лишь с началом самого действа.
Цифровая мощь вместо реальной техники
Зрители не увидели привычного грохота гусениц и рева двигателей. На брусчатке не было ни современных танков, ни реактивных систем залпового огня, ни межконтинентальных баллистических ракет — всего того, чем Кремль традиционно демонстрирует миру свою военную мощь.
Официальной причиной сокращения программы стали соображения безопасности: власти всерьез опасались возможных ударов украинских беспилотников по центру столицы. Президент Владимир Путин, для которого парад всегда был ключевым инструментом репрезентации силы, был вынужден пойти на изменения под давлением этих угроз.
В итоге техника все же появилась, но лишь в цифровом формате. Пока площадь оставалась пустой, на гигантских экранах транслировались ролики с истребителями, подводными лодками и танками. Похоже, в Кремле решили: если реальное вооружение показать невозможно, видеопрезентация станет лучшей альтернативой.
Политический контекст и «разрешение» Киева
Парад прошел без инцидентов. Риск эскалации снизило инициированное Дональдом Трампом перемирие между Москвой и Киевом. Накануне события президент Украины Владимир Зеленский даже издал символический указ, «разрешающий» России провести мероприятие.
В Москве этот жест восприняли как троллинг и оставили без одобрения. Официальный представитель Кремля сухо прокомментировал ситуацию, заявив, что России не требуется чье-либо разрешение на проведение Парада Победы.